Как известно, важнейшим свойством представлений является их отрыв от восприятия реальной действительности. При этом в представлениях обычно опускаются детали и сохраняются лишь самые существенные признаки объекта, что делает представления более бедными в сравнении с восприятиями. Но проигрыш в одном оборачивается выигрышем в другом: в этом можно видеть начало обобщения, вообще свойственного мышлению. С другой стороны, представление при этом никогда не теряет и непосредственно чувственного характера, а потому свойственное ему обобщение можно было бы назвать чувственно общим.

Все это в полной мере относится и к слуховым представлениям. Существенными — чувственно общими — признаками реального звучания, которые в слуховых представлениях удерживаются и сохраняются, обычно бывают высотная и ритмическая характеристики; остальные признаки менее специфичны и не всегда присутствуют.

В процессе музыкальной импровизации — как и вообще в музыке — мы сталкиваемся с представлениями двоякого рода: с чисто звуковыми слуховыми представлениями, обычно называемыми нестрогим термином внутренний слух, и с образными, внемузыкальными зрительно-двигательными представлениями, тесно связанными с первыми.

Данное различение определяется самой природой музыкального художественного образа, «стремящегося к синкретизму», т. е. к возможно более полному замещению действительности. С этой точки зрения, чисто слуховые музыкальные представления являются как бы метонимическим «срезом» (pars pro toto) синкретических образно-музыкальных представлений, в которых звучащая сторона находится в органическом единстве с внемузыкальной зрительно-двигательной стороной. С этим важным разграничением связаны и специфические психологические условия проявления таких представлений: если чисто музыкальные представления требуют только развитого музыкального слуха и памяти, то синкретические слухо-зрительные представления требуют еще и способности к артистическому перевоплощению.

Свойства человеческих представлений в значительной степени определяются свойствами того «органа», где они «размещены». Этим «органом» служит кратковременная память человека, определяющая текущее состояние его сознания.